cart-icon Товаров: 0 Сумма: 0 руб.
г. Нижний Тагил
ул. Карла Маркса, 44
8 (902) 500-55-04

Бунин третий класс – — ( , , …)

Иван Бунин: Третий класс

Иван Бунин

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность
ездить когда ему угодно в этом классе!

Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.

Утро, всего восьмой час.

Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной грозой,
которой, должно быть, начался потоп.

Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной колясочке,
в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно, слегка
подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей могучей
великолепной наготой тамил.

Еду на вокзал, чтобы отправиться - ну, скажем, в Анарадхапуру.

И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще
более ослепительное белое здание вокзала, - оно почти страшно своей
белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого
солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.

В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.

Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна
при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми
крышами и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира,
вынимаю на ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до
Анарадхапуры в третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки
англичанином:

- Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!

- First class? Первый класс? - спрашивает англичанин.

- No, third class! - кричу я.

- Yes, first class! - кричит англичанин, выкидывая мне билет первого
класса.

И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:

- Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны,
всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых "презренных" как вы
любите выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не
смеют ездить в первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий
класс, начинается борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий
класс, однако, пользуясь созвучием слов, меня всякий раз перебивают,
дурачат: "Вы хотите сказать, первый класс?" Я кричу да нет, третий! Но
мне все-таки выкидывают билет первого класса. Я швыряю его назад - и
тогда кассир вне себя от негодования и удивления, что белый человек
одержим низким и безумным желанием сидеть рядом с цветным, начинает тоже
кричать, пугает меня насекомыми, которых я могу набраться от цветных,
главное же, наставляет меня в том, что никто, решительно никто из белых
не ездит в третьем классе, что это не принято, неприлично, возмутительно!

И я твердо заключаю:

- Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!

В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение
каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.

Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых
"презренных" цветных. Но что за черт - их нет и нет! По платформе, мимо
моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.

Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?

А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!

И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду - снова напрасно.

- Теперь-то почему же никого нет? - думаю я. - Ведь теперь они меня не
видят?

И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, - и
дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано
мелом, что оно - занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали:
занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же
тебе - сиди, идиот.

И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба
на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от
цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.

- Курумба-а! - горестно и звонко кричат на остановках продавцы кокосовых
орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.

И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый
класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными
телами, которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.

1921

Самые популярные произведения

Косцы
Господин из Сан-Франциско
Телячья головка
Хороших кровей

ouc.ru

Э-книга. Иван Бунин. Третий класс

Иван Алексеевич Бунин (10 (22) октября 1870, Воронеж — 8 ноября 1953, Париж) — русский писатель, поэт, почётный академик Петербургской академии наук (1909), первый русский лауреат Нобелевской премии по литературе (1933).

Рассказ

Третий класс

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность
ездить когда ему угодно в этом классе!
Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.
Утро, всего восьмой час.
Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной
грозой, которой, должно быть, начался потоп.
Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной
колясочке, в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно,
слегка подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей
могучей великолепной наготой тамил.
Еду на вокзал, чтобы отправиться — ну, скажем, в Анарадхапуру.

И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще
более ослепительное белое здание вокзала, — оно почти страшно своей
белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого
солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.
В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.
Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна
при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми крышами
и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира, вынимаю на
ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до Анарадхапуры в
третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки англичанином:
— Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!
— First class? Первый класс? — спрашивает англичанин.
— No, third class! — кричу я.
— Yes, first class! — кричит англичанин, выкидывая мне билет первого
класса.
И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:
— Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны,
всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых «презренных» как вы любите
выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не смеют ездить в
первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий класс, начинается
борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий класс, однако, пользуясь
созвучием слов, меня всякий раз перебивают, дурачат: «Вы хотите сказать,
первый класс?» Я кричу да нет, третий! Но мне все-таки выкидывают билет
первого класса. Я швыряю его назад — и тогда кассир вне себя от негодования
и удивления, что белый человек одержим низким и безумным желанием сидеть
рядом с цветным, начинает тоже кричать, пугает меня насекомыми, которых я
могу набраться от цветных, главное же, наставляет меня в том, что никто,
решительно никто из белых не ездит в третьем классе, что это не принято,
неприлично, возмутительно!
И я твердо заключаю:
— Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!
В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение
каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.
Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых
«презренных» цветных. Но что за черт — их нет и нет! По платформе, мимо
моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.
Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?
А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!
И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду — снова напрасно.
— Теперь-то почему же никого нет? — думаю я. — Ведь теперь они меня
не видят?
И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, —
и дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано
мелом, что оно — занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали:
занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же
тебе — сиди, идиот.
И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба
на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от
цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.
— Курумба-а! — горестно и звонко кричат на остановках продавцы
кокосовых орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.
И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый
класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными телами,
которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.

ANN.Az

ann.az

Разработка урока внеклассного чтения по И. Бунину «Третий класс»

Предмет :ЛИТЕРАТУРА.

Класс: 9 КЛАСС

Урок внеклассного чтения .

Автор урока- Бондарева Татьяна Сергеевна, учитель русского языка и литературы МАОУ СОШ № 5 г. Тюмень.

Тема урока: «И.А. Бунин. Мастерство Бунина-прозаика (по рассказу “Третий класс”)».

Цели и задачи урока: выявить своеобразие творчества писателя, определить тематику и проблематику ранее неизученного произведения, проанализировать его, создать визуальные образы к рассказу.

Образовательная:

  • расширить представления учеников о личности и творчестве И.А. Бунина;

  • показать особенности творческой индивидуальности писателя;

  • формировать умение работать с художественной и справочной литературой;

  • развивать навыки анализа текста.

Развивающая:

  • формировать умение работать с информацией, представленной в электронном варианте;

  • формировать практические навыки поиска информации в сети Интернет;

  • формировать навыки создания мультимедийной презентации для предъявления итогового продукта в классе.

Воспитательная:

  • воспитывать нравственным качествам личности: толерантности, человеколюбию,

  • стимулировать познавательный интерес и поисково-исследовательскую деятельность обучающихся;

  • формировать личностные качества: быстро и слаженно работать в группе.

Тип урока: обобщение и систематизации изученного.

Вид урока: комбинированный.

Технологии: метод проектов, исследовательская.

Технические средства: персональный компьютер, мультимедийный проектор; программные средства Microsoft Word, Microsoft PowerPoint.

Наглядность урока: презентация, образцы картин импрессионистов ,информационно-справочные материалы.

Основные понятия:

 расовая дискриминация, импрессионизм, коллаж 

Межпредметные связи :

история, психология, русский язык, география, МХК, технология

Ход урока:

Эпиграф к уроку: «Да, я не посрамил ту

литературу, которую полтораста лет

тому назад начали Карамзин и…Жуковский»

И.А. Бунин

1.Вступительное слово учителя.

 -Сегодня мы завершаем изучение темы «Творчество И.А.Бунина». Урок будет необычным, урок исследования и творчества. Мы впервые попробуем реализовать учебный проект «И.А. Бунин. Мастерство Бунина-прозаика (по рассказу “Третий класс”)». Цели и задачи урока (повторить, проанализировать, исследовать, узнать, составить) .

Оценка за урок каждого ученика будет состоять из трех параметров: оценка экспертов- учителей, самооценивания, взаимооценивания в группе.

Задача экспертов : оценить работу группы в конце занятия и за мини-исследовательскую деятельность. Командирам групп нужно заполнить графу «Фамилия ученика».

2. Повторительно — обобщающая беседа.

-Что в биографии писателя поразило вас, запомнилось больше всего? Слайдовое сопровождение.

-Назовите основные темы в творчестве И.А. Бунина.

Основные темы в творчестве И. Бунина — вечные темы: природа, любовь, Родина,

тема уходящего патриархального прошлого России. Тема одиночества явилась составляющей частью философ­ской лирики Бунина.

— Какая тема в цикле рассказов «Темные аллеи»?

-Я предлагаю познакомиться с другой тематикой произведений Бунина.

3. Изучение нового материала . Рассказ «Третий класс» (чтение).

 -Сделайте предположение : о чем рассказ? Определите тему и проблему?

Чтение рассказа — 3 минуты.

Что поразило вас в рассказе, может быть, вызвало недоумение?

Подтвердились ваши предположения. Какая тема и проблема подняты автором рассказа? Актуальны ли тема и проблема, поднятые автором, сегодня?

21 марта – Международный день борьбы за ликвидацию расовой дискриминации.

Провозглашен Генеральной Ассамблеей ООН в 1966 году.

— Какое решение проблемы предлагает автор? (ЭТО ПОЗИЦИЯ АВТОРА — пропедевтика подготовки к ГИА и ЕГЭ).

-Так, что такое позиция автора?

4. Исследовательская работа по группам

— Я попробую выдвинуть гипотезу.

Гипотеза:

рассказ Бунина «Третий класс» представляет интерес для историков (изучение отдельных исторических фактов…), лингвистов (определение стилистики языка писателя), психологов (составление психологического портрета автора произведения).

Предлагаю заняться мини-исследованием, чтобы подтвердить или опровергнут гипотезу.

ИСТОРИКИ

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

  1. В какой период жизни писателя было написано произведение?____________________

  2. Где в это время был Бунин?___________________________________________________

  3. В каком году, каком государстве происходят события, описанные в рассказе? _________________________________________________________________________

  4. О каком историческом факте говорится в рассказе?_________________________________________________

Найдите слова подтверждения из текста рассказа. Подготовьте 1-2 минутное сообщение по вопросам.

ПСИХОЛОГИ

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

Составьте психологический портрет рассказчика, ответив на вопросы:

  1. Где находился рассказчик? ______________________________________Какие климатические явления он описывает?______________________________________

  2. Какое у него было настроение?_____________________________________________

  3. Найдите в тексте часто употребляемые слова, обозначающие цвет. По цвету узнайте психологическое состояние автора.__________________________________ _________________________________________________________________________ __________________________________________________________________________ __________________________________________________________________________ __________________________________________________________________________ __________________________________________________________________________

  4. Определите: какая черта характера проявляется у рассказчика?______________________________________________________________

Подготовьте 1-2 минутное сообщение по вопросам и заданиям.

ЛИНГВИСТЫ

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ:

  1. Определите стиль(_______________________________ ) и тип речи текста (_________________________________).

  2. Какие средства выразительности (тропы) использует автор рассказа? ____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

  3. Докажите, что Бунин в совершенстве владел иностранным языком. Укажите: каким._________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________ Какие еще он знал языки?____________________________________________________ _____________________________________________________________________________

  4. Сравните слова текста со справочным материалом. На что обратили внимание? ___________________________________________________________________________

Подготовьте 1-2 минутное сообщение по вопросам и заданиям.

Информация для учителя и учащихся.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ ЖИЗНИ ПИСАТЕЛЯ.

* Любимым занятием Бунина в юности и до последних лет было : по затылку, ногам и рукам определять лицо и весь облик человека.

*  Иван Бунин собирал коллекцию фармацевтических флаконов и коробочек, которая заполняла до краев несколько чемоданов.

*  Известно, что Бунин отказывался сесть за стол, если оказывался тринадцатым по счету человеком.

* Иван Алексеевич признавался: «У вас есть нелюбимые буквы? Вот я терпеть не могу букву «ф». А меня чуть-чуть не нарекли Филиппом».

* Бунин всегда был в хорошей физической форме, обладал хорошей пластикой: был отличным наездником, на вечеринках танцевал «соло», повергая друзей в изумление.

*  У Ивана Алексеевича была богатая мимика и незаурядный актерский талант. Станиславский звал его в художественный театр и предлагал ему роль Гамлета.

-Интересно ли для изучения это произведение? С какого класса вы предложили бы включить в программу этот рассказ? К произведению нужна иллюстрация. Предлагаю : создать иллюстрацию в технике коллаж по направлению в искусстве «Импрессионизм».

5. Творческая работа «Создание иллюстрации к произведению в технике колладж» по группам.

Информация для учителя и учащихся.

Импрессионизм (фр. impressionnisme, от impression — впечатление) — направление в искусстве последней трети XIX — начала XX веков, зародившееся во Франции и затем распространившееся по всему миру, представители которого стремились разрабатывать методы и приемы, которые позволяли наиболее естественно и живо запечатлеть реальный мир в его подвижности и изменчивости, передать свои мимолётные впечатления. Обычно под термином «импрессионизм» подразумевается направление в живописи (но это, прежде всего, группа методов), хотя его идеи также нашли своё воплощение в литературе и музыке, где импрессионизм также выступал в определенном наборе методов и приемов создания литературных и музыкальных произведений, в которых авторы стремились передать жизнь в чувственной, непосредственной форме, как отражение своих впечатлений.

Термин «импрессионизм» возник с легкой руки критика журнала «Le Charivari» Луи Леруа, который озаглавил свой фельетон о Салоне Отверженных «Выставка импрессионистов», взяв за основу название картины «Впечатление. Восходящее солнце» Клода Моне. Изначально этот термин носил несколько пренебрежительный характер и указывал на соответствующее отношение к художникам, писавшим в этой манере.

Новое направление отличалось от академической живописи как в техническом, так и в идейном плане. В первую очередь импрессионисты отказались от контура, заменив его мелкими раздельными и контрастными мазками, которые они накладывали в соответствии с теориями цвета Шеврёля, Гельмгольца и Руда. Солнечный луч расщепляется на составляющие: фиолетовый, синий, голубой, зелёный, жёлтый, оранжевый, красный, но поскольку синий — разновидность голубого, то их число сводится к шести.

Коллаж (от фр. collage — приклеивание) — технический приём в изобразительном искусстве, заключающийся в создании живописных или графических произведений путём наклеивания на какую-либо основу предметов и материалов, отличающихся от основы по цвету и фактуре.

Заслушивание сообщений — исследований групп учащихся, просмотр работ.

— Наша ли подтверждение выдвинутая гипотеза? Жизнь и творчество Бунина представляет интерес не только людям тех специальностей, о которых мы сегодня говорили, но и для режиссеров. Так, 20 марта в четверг на канале «Россия» будет показан НОВЫЙ документальный фильм режиссера Никиты Михалкова «Легкое дыхание Ивана Бунина».

  1. Подведение итогов урока. Оценивание.

Оценка за урок каждого ученика будет состоять из трех параметров: оценка экспертов- учителей, самооценивания, взаимооценивания в группе.

Экспертам нужно выставить оценку группам. Поставьте себе оценку. Командирам нужно оценить работу каждого с учетом мнения других членов группы.

 Итак, «нет пророков в своем отечестве»- когда в ноябре 1953 года Бунина не стало, только в советской прессе не было ни одного некролога! Приходят на память строки М.Цветаевой:

Разбросанным в пыли по магазинам,

Где их никто не брал и не берет,

Моим стихам , как драгоценным винам,

Настанет свой черед…

НАСТАЛ ЧЕРЕД, и сегодня мы говорим: без Бунина нашу литературу представить нельзя. Значение его многогранно.

-Какие открытия вы сделали на уроке?

– Что особенно запомнилось?

infourok.ru

rulibs.com : Проза : Русская классическая проза : Третий класс : Иван Бунин : читать онлайн : читать бесплатно

Третий класс

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность ездить когда ему угодно в этом классе!

Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.

Утро, всего восьмой час.

Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной грозой, которой, должно быть, начался потоп.

Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной колясочке, в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно, слегка подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей могучей великолепной наготой тамил.

Еду на вокзал, чтобы отправиться — ну, скажем, в Анарадхапуру.

И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще более ослепительное белое здание вокзала, — оно почти страшно своей белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.

В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.

Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми крышами и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира, вынимаю на ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до Анарадхапуры в третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки англичанином:

— Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!

— First class? Первый класс? — спрашивает англичанин.

— No, third class! — кричу я.

— Yes, first class! — кричит англичанин, выкидывая мне билет первого класса.

И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:

— Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны, всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых «презренных» как вы любите выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не смеют ездить в первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий класс, начинается борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий класс, однако, пользуясь созвучием слов, меня всякий раз перебивают, дурачат: «Вы хотите сказать, первый класс?» Я кричу да нет, третий! Но мне все-таки выкидывают билет первого класса. Я швыряю его назад — и тогда кассир вне себя от негодования и удивления, что белый человек одержим низким и безумным желанием сидеть рядом с цветным, начинает тоже кричать, пугает меня насекомыми, которых я могу набраться от цветных, главное же, наставляет меня в том, что никто, решительно никто из белых не ездит в третьем классе, что это не принято, неприлично, возмутительно!

И я твердо заключаю:

— Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!

В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.

Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых «презренных» цветных. Но что за черт — их нет и нет! По платформе, мимо моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.

Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?

А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!

И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду — снова напрасно.

— Теперь-то почему же никого нет? — думаю я. — Ведь теперь они меня не видят?

И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, — и дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано мелом, что оно — занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали: занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же тебе — сиди, идиот.

И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.

— Курумба-а! — горестно и звонко кричат на остановках продавцы кокосовых орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.

И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными телами, которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.

1921

rulibs.com

rulibs.com : Проза : Русская классическая проза : Третий класс : Иван Бунин : читать онлайн : читать бесплатно

Третий класс

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность ездить когда ему угодно в этом классе!

Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.

Утро, всего восьмой час.

Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной грозой, которой, должно быть, начался потоп.

Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной колясочке, в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно, слегка подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей могучей великолепной наготой тамил.

Еду на вокзал, чтобы отправиться — ну, скажем, в Анарадхапуру.

И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще более ослепительное белое здание вокзала, — оно почти страшно своей белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.

В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.

Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми крышами и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира, вынимаю на ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до Анарадхапуры в третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки англичанином:

— Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!

— First class? Первый класс? — спрашивает англичанин.

— No, third class! — кричу я.

— Yes, first class! — кричит англичанин, выкидывая мне билет первого класса.

И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:

— Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны, всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых «презренных» как вы любите выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не смеют ездить в первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий класс, начинается борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий класс, однако, пользуясь созвучием слов, меня всякий раз перебивают, дурачат: «Вы хотите сказать, первый класс?» Я кричу да нет, третий! Но мне все-таки выкидывают билет первого класса. Я швыряю его назад — и тогда кассир вне себя от негодования и удивления, что белый человек одержим низким и безумным желанием сидеть рядом с цветным, начинает тоже кричать, пугает меня насекомыми, которых я могу набраться от цветных, главное же, наставляет меня в том, что никто, решительно никто из белых не ездит в третьем классе, что это не принято, неприлично, возмутительно!

И я твердо заключаю:

— Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!

В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.

Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых «презренных» цветных. Но что за черт — их нет и нет! По платформе, мимо моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.

Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?

А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!

И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду — снова напрасно.

— Теперь-то почему же никого нет? — думаю я. — Ведь теперь они меня не видят?

И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, — и дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано мелом, что оно — занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали: занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же тебе — сиди, идиот.

И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.

— Курумба-а! — горестно и звонко кричат на остановках продавцы кокосовых орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.

И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными телами, которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.

1921

rulibs.com

Бунин Иван Алексеевич. Третий класс

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность
ездить когда ему угодно в этом классе!
Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.
Утро, всего восьмой час.
Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной
грозой, которой, должно быть, начался потоп.
Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной
колясочке, в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно,
слегка подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей
могучей великолепной наготой тамил.
Еду на вокзал, чтобы отправиться — ну, скажем, в Анарадхапуру.
И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще
более ослепительное белое здание вокзала, — оно почти страшно своей
белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого
солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.
В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.
Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна
при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми крышами
и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира, вынимаю на
ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до Анарадхапуры в
третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки англичанином:
— Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!
— First class? Первый класс? — спрашивает англичанин.
— No, third class! — кричу я.
— Yes, first class! — кричит англичанин, выкидывая мне билет первого
класса.
И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:
— Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны,
всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых «презренных» как вы любите
выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не смеют ездить в
первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий класс, начинается
борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий класс, однако, пользуясь
созвучием слов, меня всякий раз перебивают, дурачат: «Вы хотите сказать,
первый класс?» Я кричу да нет, третий! Но мне все-таки выкидывают билет
первого класса. Я швыряю его назад — и тогда кассир вне себя от негодования
и удивления, что белый человек одержим низким и безумным желанием сидеть
рядом с цветным, начинает тоже кричать, пугает меня насекомыми, которых я
могу набраться от цветных, главное же, наставляет меня в том, что никто,
решительно никто из белых не ездит в третьем классе, что это не принято,
неприлично, возмутительно!
И я твердо заключаю:
— Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!
В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение
каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.
Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых
«презренных» цветных. Но что за черт — их нет и нет! По платформе, мимо
моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.
Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?
А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!
И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду — снова напрасно.
— Теперь-то почему же никого нет? — думаю я. — Ведь теперь они меня
не видят?
И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, —
и дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано
мелом, что оно — занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали:
занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же
тебе — сиди, идиот.
И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба
на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от
цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.
— Курумба-а! — горестно и звонко кричат на остановках продавцы
кокосовых орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.
И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый
класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными телами,
которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.
<1921>

thelib.ru

rulibs.com : Проза : Русская классическая проза : Третий класс* : Иван Бунин : читать онлайн : читать бесплатно

Третий класс*

Глупец тот, кто воображает, что он имеет полное право и возможность ездить когда ему угодно в этом классе!

Вот Цейлон, Коломбо, март 1911 года.

Утро, всего восьмой час.

Но зной уже адский, он густ и неподвижен, как перед той страшной грозой, которой, должно быть, начался потоп.

Весь в белом и в белом шлеме, сижу в раскаленной лакированной колясочке, в маленькой двуколке, в тонких оглоблях которой ровно и крупно, слегка подавшись вперед, мчится высокий и черный, весь блистающий своей могучей великолепной наготой тамил.

Еду на вокзал, чтобы отправиться — ну, скажем, в Анарадхапуру.

И вот впереди уже площадь, пустая, белая, ослепительная, а за нею еще более ослепительное белое здание вокзала, — оно почти страшно своей белизной на белесом от зноя небе. Среди всей этой белизны и белого солнечного пламени черное тело и длинные черные волосы тамила режут глаз.

В здании вокзала легче, всюду веет теплый сквозняк.

Сняв шлем, вытираю мокрый ледяной лоб, кость которого так ощутительна при поте, и спешу к выходу на платформу. Высокий и тяжелый, с белыми крышами и навесами над окнами, поезд уже готов. Спешу к будочке кассира, вынимаю на ходу ровно столько монет, сколько требуется на проезд до Анарадхапуры в третьем классе, и стучу ими перед выглядывающим из будки англичанином:

— Third class, Anaradhapura! Третий класс, Анарадхапура!

— First class? Первый класс? — спрашивает англичанин.

— No, third class! — кричу я.

— Yes, first class! — кричит англичанин, выкидывая мне билет первого класса.

И тогда я прихожу в ярость и начинаю кричать приблизительно так:

— Слушайте, мне это осточертело! Я хочу видеть все особенности страны, всю ее жизнь, всех ее обитателей, вплоть до самых «презренных» как вы любите выражаться цветных людях, которые, конечно, не могут да и не смеют ездить в первых классах. Но всякий раз, как я хочу сесть в третий класс, начинается борьба с кассиром! Я твердо и ясно требую третий класс, однако, пользуясь созвучием слов, меня всякий раз перебивают, дурачат: «Вы хотите сказать, первый класс?» Я кричу да нет, третий! Но мне все-таки выкидывают билет первого класса. Я швыряю его назад — и тогда кассир вне себя от негодования и удивления, что белый человек одержим низким и безумным желанием сидеть рядом с цветным, начинает тоже кричать, пугает меня насекомыми, которых я могу набраться от цветных, главное же, наставляет меня в том, что никто, решительно никто из белых не ездит в третьем классе, что это не принято, неприлично, возмутительно!

И я твердо заключаю:

— Одним словом, извольте сию же минуту дать мне то, что я требую!

В конце концов кассир сдается: пораженный моей яростью, он на мгновение каменеет и вдруг решительно швыряет мне билет третьего класса.

Торжествуя, водворяюсь я в вагоне и жду спутников, этих самых «презренных» цветных. Но что за черт — их нет и нет! По платформе, мимо моего купе, несется непрерывный сухой шорох босых бегущих ног.

Но почему же несется он все мимо, все дальше куда-то?

А, понимаю: это их пугает мой шлем, белый шлем белого человека!

И я снимаю шлем, прижимаюсь в угол, снова жду — снова напрасно.

— Теперь-то почему же никого нет? — думаю я. — Ведь теперь они меня не видят?

И я вскакиваю с места, высовываюсь в окно, чтобы понять, в чем дело, — и дело объясняется тотчас же и очень просто: на моем купе крупно написано мелом, что оно — занято! Едва я успел войти в него, как на нем написали: занято! Настоял, мол, на своем, вырвал билет третьего класса, так вот же тебе — сиди, идиот.

И несется, несется поезд в бездне ослепительного зноя, льющегося с неба на эту радостную, райскую землю, и четко отдается татаканье колес от цветущих лесных дебрей, без конца летящих назад, мимо окон.

— Курумба-а! — горестно и звонко кричат на остановках продавцы кокосовых орехов под сухой шорох босых ног, бегущих мимо моего купе.

И на одной из следующих остановок, я, как вор, перебегаю в четвертый класс, в вагон, набитый сидящими и стоящими, черными и шоколадными телами, которые только по бедрам повязаны мокрыми от пота тряпицами.

<1921>

rulibs.com

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *